8 мая 2004
Неужели Россия все же ратифицирует уже, казалось бы, окончательно похороненный ею Киотский протокол? Во всяком случае, сообщения об этом опять появились в западной прессе (в частности, в английской The Independent). Говорят, что Путин вроде бы готовит такой подарок к очередному саммиту Россия – ЕС. Подписанный в 1997 г. в Киото (Япония) протокол к Рамочной конвенции ООН об изменении климата направлен против глобального потепления в результате выбросов в атмосферу промышленных газов, прежде всего двуокиси углерода, которые, накапливаясь в верхних слоях атмосферы, создают парниковый эффект. Подписавшие протокол страны обязались к 2012 г. сократить выбросы вредных газов на 5,2% по сравнению с уровнем 1990 года. Исходя из этого уровня, каждой стране выделяются квоты на допустимые выбросы, которые можно перепродавать другим участникам соглашения. Россия подписала соглашение, надеясь прилично подзаработать, ведь ей предоставлена квота в 17,4%, тогда как реально – в результате экономического спада 90-х годов – ее нынешняя доля в выбросе парниковых газов составляет примерно 6%. Однако после того как от Киотского протокола отказались США, его привлекательность для России резко упала. Кстати, в Европе считают (или, вернее сказать, надеются), что жесткая до последнего времени позиция Москвы по вопросу ратификации этого документа объясняется исключительно желанием выторговать себе дополнительные компенсации со стороны ЕС. Между тем в научных кругах до сих пор нет единого мнения о том, насколько выбросы промышленных газов влияют на изменение климата и насколько выполнение условий Киотского протокола может способствовать решению этой проблемы. По расчетам российского Института глобального климата и экологии, максимально возможный эффект – это замедление темпов роста концентрации парниковых газов в земной атмосфере примерно на 10%. Стоит ли ради этого спешить присоединяться к соглашению, если гипотетические прибыли от торговли квотами могут лет через 10-15 смениться для России значительными убытками, когда она будет вынуждена либо тормозить свой экономический рост, либо вкладывать огромные средства в технологи
2000
ческую перестройку экономики? Именно подсчет затрат, требуемых для перевода экономики на другую энергетическую базу, во многом обусловил решение администрации Джорджа Буша не связываться с Киотским протоколом, даже ценою ссоры с европейскими союзниками. Кстати, переход ведущих индустриальных стран с углеводородного сырья на альтернативные источники энергии, фактически предопределенный требованиями протокола, невыгоден России и с той точки зрения, что это спровоцирует падение мировых цен на товары ее экспорта. В настоящее время Киотский протокол ратифицировали 113 государств. Однако для вступления соглашения в силу требуется его ратификация странами, суммарная квота которых по выбросам парниковых газов превышает 55%. Без США (их доля – 35%) и России квота всех остальных государств составляет менее 48%, так что когда американцы пошли на попятную, судьба всего проекта оказалась в руках Москвы. Больше всего эта судьба волнует европейцев, и ЕС (его собственная доля – 24,2%) стал откровенно давить на Россию, увязывая ратификацию ею Киотского протокола с другими, в том числе не имеющими к этому никакого отношения вопросами, например, с перспективами вступления РФ в ВТО. Примечательна перепалка, произошедшая в апреле в Лондоне на пленарном заседании, посвященном России, в рамках ежегодного собрания совета управляющих ЕБРР. Когда представитель ''Рургаза'' Райнер Хартманн в очередной раз стал доказывать выгоды для России от присоединения к протоколу, ему решительно возразил президент компании ''Объединенные машиностроительные заводы'' Каха Бендукидзе: ''Мне совершенно понятны высказывания европейских представителей о необходимости ратификации протокола, но этот документ не имеет ничего общего с охраной природы. Я очень надеюсь, что Россия и США никогда не ратифицируют Киотский протокол, и тем самым он будет заблокирован, как и многие другие случаи глобального надувательства, имевшие место до этого''. Самым резким критиком Киотского протокола в России выступает советник Путина по экономическим вопросам Андрей Илларионов, называющий это соглашение ''договором смерти'', поскольку ''его главной целью является удушение экономического роста и экономической активности в странах, которые принимают на себя обязательство выполнять его условия''. Кроме того, по словам советника, ''Киотский протокол – это один из наиболее ярких примеров интервенционизма, но уже на наднациональном уровне, на уровне межгосударственного регулирования''. Илларионов убежден, что от ратификации протокола Россия понесет сплошные убытки. По его подсчетам, экономический рост на 1% увеличивает выброс парниковых газов на 2%, притом что к 2012 г. Россия должна удвоить свой ВВП и, следовательно, выйти за пределы разрешенной квоты. Оппоненты указывают на некорректность его рассуждений, так как при развитии различных отраслей экономики последствия в плане промышленных выбросов в атмосферу – тоже различные. Тем не менее, даже по альтернативным подсчетам, при удвоении ВВП объем выбросов достигнет 85% от уровня 1990 г., а к 2017 г. этот уровень будет наверняка превышен. Наверное, в своей критике Киотского протокола Илларионов несколько перегнул палку. В марте подготовленный советником соответствующий меморандум на имя Путина получил резко отрицательный отзыв в Минэкономразвития, и Путин поручил Михаилу Фрадкову представить по данной проблеме обстоятельный документ. Между тем в правительстве у Киотского протокола довольно много сторонников – не только в ведомстве Грефа, но и в Министерстве промышленности и энергетики. Видимо, стремясь упредить негативное для себя развитие событий, противники протокола организовали 15 апреля слушания в Госдуме с повесткой ''О проблемах, связанных с ратификацией Киотского протокола к Рамочной конвенции ООН об изменениях климата''. Три комитета нижней палаты парламента – по экологии, по международным делам, а также по экономической политике, предпринимательству и туризму – выступают против ратификации. В подготовленном ими проекте резолюции констатировалось, что ''Киотский протокол является малоэффективным в экологическом аспекте и неприемлемым с точки зрения экономического развития России'', а посему предлагалось ''считать нецелесообразной ратификацию Киотского протокола в условиях выхода из него США и неучастия в нем многих стран, имеющих высокие уровни антропогенного воздействия на климатические процессы''. Однако, вопреки ожиданиям, итоговая резолюция оказалась не столь резкой и содержала рекомендацию провести дополнительное изучение данного вопроса. В общем, как с недавних пор и все в нашей стране, судьба Киотского протокола всецело в руках президента. К чему он склонится, тому и быть.
Возврат к списку новостей
|